Каждое лето всегда отличалось от предыдущего. Всегда были разные моменты, которые запоминались на первые месяца учебного года. Когда-то это были «дешевые» детские мгновения счастья – покупалась в море, познакомилась с девочкой. С каждым годом всё становилось намного труднее. Complicated, как говорят американцы. Уже море не привлекает так, как раньше. А желание загореть в конце концов начинает покрываться мраком – ведь на море надо с компанией, а всё чаще и чаще хочется побыть в одиночку: полежать на кровати, подумать, почитать, послушать музыку, пообщаться с подругой по телефону, да или просто посмотреть телевизор. А тебя всё время куда-то дергают. Да, по сумасшествию, это иногда может показаться интересным и веселым. Ну, или в крайнем случае, по пьяни. И кстати желание выпить появляется чаще. Не то, чтобы хочется почувствовать вкус алкоголя, спирта, а скорее встать на ватные ноги, не соображать, что происходит, написать или позвонить и сказать глупость. Просто чтобы жить стало интереснее в ближайшие дни. Что происходит, не замечает почти никто. У всех свои дела. Да и лето все-таки. Никто не отменял личную жизнь. Взглянуть вокруг – так все счастливы. Кто как, но счастлив. И кто бы что ни говорил, но все эти штуки, как слезы в подушку ночью, желание спрыгнуть с крыши – полная фигня. Все они счастливы. Плачут в подушку ночью не они, а те, кто не верит в устоявшиеся принципы, в проверенные факты, в жизнь и смерть. Они сидят на кафельном полу в ванной, включают воду и ревут до крика. Потому что больно. Потому что другие. Хотя, вполне возможно, не они другие, а мир изменился за 9 месяцев. Внутренний мир. Появился он. И исчез. А потом возникло чудо, которым начинаешь дорожить больше жизни, больше отношения к себе, больше совести, даже любви. Делаешь всё. А оно не ценит. Или не знает. Да, не знает. А ты хоть обкричись, не услышит. А если услышит, не поймет. Это чудо само по себе. Живет своей жизнью, своими идеалами, принципами. Есть ты. И есть оно. И вы никогда не будете вместе.
Она сидит в самолете и смотрит в окно. Вон там, небо. Через пару минут прозвенит звоночек, и она откроет компьютер, включит музыку и начнет печатать. А сейчас в ухе песня «Should have loved you more» группы SMASH!! и мысли в голове. Никто не отменял взорвавшегося при наборе скорости двигателя. Она отбивает это из своей головы, умирать не хочется. Нет, ради него можно, но будет ли ему действительно лучше от этого? Самолет начинает движение, его потряхивает, скорость увеличивается с каждой секундой. Сердце бьется, дыхание останавливается, лишь выдох, вдоха так не хочется, песня на пике, глаза мутнятся. Слеза на реснице, немного потекла тушь. Глубоко вздохнула. Струдом, как будто понимая ее, самолет отрывается от земли. Сердце рвется на куски, на маленькие части, на молекулы, на атомы. Больно. Очень очень больно. Она не увидит его еще два с небольшим месяца, но не в этом дело. Она не будет о нем вспоминать так часто, как в Москве. Чем дальше от места, где он может быть, тем легче, да, легче, но тем труднее возвращаться обратно. Под самолетом земля. Пока еще Россия, но скоро Латвия. Скоро это закончится. Появятся друзья, наверно, даже лучшие, но а потом? Отвлекаешься, отвлекаешься, но в глубине, где-то там, сидит то чувство, от которого под пулеметом не избавишься. Ночью разозлилась, утром подумала, что наделала, а днем почему-то показалось, что это может стать концом. Если конечно, сама того захочет. Да она хочет, действительно, хочет, но не получается. Мысли где он, как он не покидают голову. Но это пока.
Посмотри на себя со стороны, как ты выглядишь. Ты сошла с ума. Сдурела. Да, временное чувство. Да, временное горе. Да, временное лето. Оно кончится, будет легче. А пока больно. Очень больно. Но это, наверно, просто пока….